Христадельфиане - официальный сайт
Исследование Библии
15. ПРИТЧИ И ЧУДЕСА

“Осмелюсь утверждать, что в отдельных случаях, наше толкование Слова Божия, зиждется на нашем учении, а не на объяснениях самой Библии, которое она дает при внимательном и близком рассмотрении” Джон Уильям Бургон.

Притчи и чудеса Иисуса Христа занимают такое важное место в Евангелиях, что заслуживают особого разговора.

Начнем с того, что Сам Господь объяснял, почему Он говорит притчами – “для того, что вам дано знать тайны Царства Небесного, а им (у Марка – “внешним”) не дано”. Таким образом, притчи имели двойное значение: просвещать дальше тех, кто уже был просвещен, и быть тайной за семью печатями для не желающих света, или настроенных ему враждебно.

Начнем со второго. Туманность и неясность мысли или определения, не только сбивали с толку, но вызывали прямой протест и враждебность. С другой стороны, для открытого и пытливого ума в живых и жизненных историях открывались несметные богатства, которые Господь не жалел выставлять из Своей сокровищницы, “ибо, кто имеет, тому дано будет и приумножится; а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет; потому говорю им притчами” (Мф.13:12,13 ср. Ин.15:2).

Эта мысль подчеркивается далее словами Матфея: “И без притчи не говорил им, да сбудется реченное чрез пророка, который говорит: 'отверзу в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира'” (Мф.13:34,35). Здесь контекст указывает на то, что притча – идеальная форма обучения для ума подобного детскому уму (Пс.77:1-8), оставляя при этом, мудрых мира сего блуждать в неудовлетворении.

Существуют два основных направления в понимании и толковании притч, не считая “бездумной” (притча – история с небес, а потому не имеет ничего общего с земными делами).

Итак, главный вопрос: надо ли выискивать мельчайшие значения в каждой притче, или же притча заключает в себе одну какую-то главную идею духовной истины? Если выбрать второе, то значительная часть притчи будет служить лишь сервировочным украшением для основной мысли; рамой, обрамляющей саму картину. Если же начать докапываться до мелочей, то это может вызвать нежелательные трудности в понимании.

Но, несмотря на все трудности, ваш покорный слуга всё же настойчиво советует рассматривать в притчах каждую деталь отдельно, и на то есть три веские причины.

Достаточно беглого взгляда на Евангелия, чтобы понять, что Иисус не бросал слов на ветер. В Его речах каждая фраза имела назидательное значение. Действительно трудно поверить, что для передачи какой-то одной, пусть и очень важной мысли, Он не выбрал бы другого более подходящего способа.

Очень многие притчи, даже после первого прочтения, сами просятся на внимательное детальное изучение. Например, притча о винограднике, или о свадебной одежде, или о минах, или о десяти девах и, как это не покажется странным, притча о добром самарянине, всё содержание которой рассказано лишь только для того, чтобы преподать главный урок.

Интересно отметить, что из сорока притч объяснения даны только трем: о Сеятеле, о Плевелах и о Неводе (все в Мф.13). В это главе, что само по себе знаменательно, показано толкование Самого Господа, Который объяснял все детали отдельно почти с математической краткостью и точностью:

  • “Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий;

  • поле есть мир; доброе семя, это – сыны Царства,

  • а плевелы – сыны лукавого;

  • враг… есть диавол;

  • жатва есть кончина века,

  • а жнецы суть Ангелы”. И так далее…

Подобное объяснение дает нам в руки подходящий инструмент для дальнейшей работы. Толкование притч о Сеятеле и о Неводе лишь подкрепляют это.

И последний довод – решающий. Иисус знал как толковать Свои притчи! Слова из Мк.4:34 также имеют большое значение: “без притчи же не говорил им, а ученикам наедине изъяснял всё”. Было бы довольно странно, если бы какая-то одна важная мысль требовала для своего объяснения целой притчи.

Таким образом, мы видим рекомендованный подход к объяснению притч, в которых каждая деталь, каждое слово имеют свое определенное и большое значение.

Начнем с очевидных примеров, которые убедят вас в правильности сделанного вывода. И даже в них, столь хорошо вам знакомых, вы найдете что-то интересное для себя. Таким способом, вооружась главными принципами, вы сможете постепенно добраться и до тех притч, которые вызывают у вас особые трудности.

Но если даже и при этом вы не сможете найти объяснение – не беда! Приготовьтесь к тому, что не все, из того чему учил Иисус, познается с первого, а то и с десятого, раза. Если бы Его учение было понятно и доступно с первого раза, за Ним не последовало такое множество. И это совсем не обскурантизм, а обыкновенная человеческая природа, ибо кто выберет себе в лидеры кого-то, кто ниже тебя по всем параметрам и по интеллекту в том числе?

Наученные Торе евреи советовали: “Учись говорить, я не понимаю о чем речь”. Нежелание признать существование определенных трудностей, которые не позволяют дать скорый и удовлетворительный ответ, вызывали не мало нареканий в изучении Библии даже среди Христадельфиан. Не лучше ли смотреть трудностям прямо в лицо и просить Господа о милости однажды пролить свет на непонятное? Возможно, кого-то из вас воодушевит тот факт, что многие притчи, скрывающие свои тайны для автора этой книги в течение многих лет, совсем недавно открыли свою завесу благодаря пророку Иеремии.

Назидательность мелких деталей притч Иисуса, прекрасная возможность подтвердить правильность афоризма Бэкона: “использование человеком пера и чернил делает из человека – человека”. Вы можете испытать это на примере любой притчи о смоковнице (Лк.13:6-9), помещая в столбик значения каждой из деталей, примерно так:

Притча:Значение:
НектоБог
ВиноградникЗемля обетованная
СмоковницаНарод Израиля
Поиск плодаПлоды праведности
Три годаСлужение Иисуса
“Сруби ее”было безрезультатным
Занимает землюИудаизм препятствует проповедовать народам
“Оставь ее и на этот год”Последний год для свидетельства
“Я окопаю ее и обложу навозом”Особый призыв Христа к народу
Если и после не будет плодаМалая надежда на изменение
“Срубишь ее”В 70г. н.э. Израиль прекратил свое существование, как государство.

В притчах Иисуса Христа часто, то тут, то там, попадаются места, которые в жизни редко можно встретить, (если вообще это возможно). Например, не реальна одинаковая плата за одинаковый труд, но разный по времени; или же прощение долга человеку, который не прощают долги; или же пастух, оставляющий девяносто девять овец в пустыне, чтобы найти одну заблудившуюся; или о богаче, идущему в ад, не потому что он был грешен, а только потому, что он был богат – и в этой притче виноградарь (!) говорит своему господину: “В следующий год срубишь ее”. Исполнение приговора Израилю в 70г. н.э. было исполнено Богом, не Иисусом (ср. Мф.22:7). Притча точна в своих символах, вплоть до мелочей!

Другой пример, обещанный в этой главе, – притча о добром самарянине.

И хотя в данном случае требуется всего лишь один основной ответ на вопрос, кто мой ближний, которого я должен любить, давайте посмотрим, как широко Иисус развил эту тему. Его притча, прослеженная словом за словом, покажет нам, что этот “ближний” не простой, а “Ближний” с большой буквы.

“Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон…”. Иерусалим – город примирения с Богом, тогда как Иерихон – город, проклятый на полное уничтожение (Нав.6:24,25), и нет дороги в мире более пологой и печальной, чем эта. Здесь представлена натуральная картина всего человечества. Деятельность разбойников – символизирует человека, как жертву своих собственных грехов вместе с наследственными. И этот путник “попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставивши его едва живым”. Состояние, подобное состоянию любого грешника, хотя и еще живого, но живого “едва”, без всякой надежды на какую-либо помощь. Сам себе он помочь не может! Его собственное одеяние “праведности” было сорвано с него. Он наг и беспомощен. Священный и моральный законы, представленные священником и левитом, лишь подчеркивали его безнадежность. И если уж они не могли ему помочь, то кто? Они и сами шли по той же дороге и в том же направлении! “Человек оправдывается не делами закона… ибо законом познается грех”.

Но тогда появился тот, кто был презираем и отвергнут людьми – и здесь не сказано, что он следовал туда же, куда и эти двое (!), но этот человек, “проезжая, нашел на него”. Этот неожиданный спаситель отождествляет себя с пострадавшим настолько, насколько это возможно. Иисус имел ту же природу тех, кого Он пришел выкупить. Учение Ветхого Завета о святости помещает широкую пропасть между Богом и человеком, в противоположность учению Нового, учению Иисуса Христа – Сына Божия!

Этот спаситель, движимый состраданием (“ибо Бог так возлюбил мир”), обвязал его раны и полил на него масло и вино. В этом ясно видно милостивое служение Иисуса. Чем он мог еще обвязать раны нагого тела, как не своей собственной одеждой?

Затем он, “посадив его на своего осла, привез его в гостиницу”. Таким образом, без всяких на то усилий со своей стороны, несчастный оказывается в том месте, где должен бы находиться его спаситель – грешник отождествляется со своим спасителем (символ крещения?), в месте, где он получает покой и заботу. “В доме Отца Моего”, – говорил Иисус, – “обителей много”. Там он “позаботился о нем” – не говорит ли это о постоянной заботе Спасителя о раскаявшемся грешнике?

“На другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы…”. Эти “два динария” в точности равны половине сикля (Исх.30:15), которые одинаково платили богатые и бедные по закону “для выкупа душ ваших”. Одна и та же сумма, простое ли это совпадение? Иисус мог бы сказать “один динарий”, или “три”, но Он не сказал этого – и это примечательно!

И случайно ли было, что это было “утром” (Церковнославянский перевод), а не в тот же самый день, или двумя днями позже? Не значит ли это, что самарянин сначала спал, а потом проснулся снова перед своим уходом – Спаситель “воскрес для оправдания нашего”. Могут ли мелочи быть более интересными, чем эти? Но и это еще не всё.

“Позаботься о нем; и если найдешь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе”. Здесь обещание вернуться, а также гарантия того, что все, что будет затрачено для пользы человека, полностью окупится. Жертва Христа в достаточной степени удовлетворяет все эти требования; она не только покрывает прошлые грехи, но также и последующие, совершенные ко дню Его прихода теми, кто был призван по милости Его.

Дальше следует весьма интересный, неожиданный и любопытный вывод. Иисус сказал: “Возлюби Господа Бога твоего… и ближнего твоего…”.

“Но кто мой ближний?”

В ответ была рассказана притча, заканчивающаяся так:

“Кто из этих троих… был ближним попавшемуся разбойникам?”

“Оказавший ему милость”, – был ответ, т.е. самарянин, олицетворяющий Иисуса, был Тем “Ближним” путнику, который олицетворял грешника. Вывод противоположный общепринятому, где принято считать, что грешник был “ближним” самарянину, потому-то самарянин и возлюбил его.

Трудно представить себе, что Иисус случайно употребил здесь смысл противоположный выше сказанному. Путнику был дан наказ возлюбить своего “Ближнего”, самарянина – грешник должен любить своего Спасителя Иисуса. Есть ли большая заповедь, достойная встать рядом с наибольшей: “Возлюби Господа Бога Твоего?” И если человек любит Иисуса, как должно любить, разве не будет он прославлять своего Спасителя, любя также окружающих его людей, точно так, как и его возлюбил Господь?

Большое искушение продолжить столь благодатную тему, особенно если принять во внимание возможность помочь вам справиться с трудностями, возникающими в понимании тех или иных притч. Но надо двигаться дальше, ибо эта маленькая книга призвана показать вам лишь путь, а не вести вас по нему.

Принято считать, что чудеса в Евангелии от Иоанна всегда связаны со “знамениями”. А если так, то что это были за знамения? И опять все тот же вопрос: какова основная мысль; идея, скрывающаяся за этими знамениями? Возможно, стоит рассмотреть эти чудеса подробно, как притчи? Достаточно трудно дать короткий и простой ответ, но некоторые чудеса определенно носили в себе признаки знамений.

Чудо с насыщением пяти тысяч, описанное во всех четырех Евангелиях, вполне подходит для такого случая. Подумайте о последовательности событий, в связи с общим представлением деятельности Христа.

Он отделили Своих учеников от мира водой, взяв на другую сторону Геннисаретского озера. Там, в пустыне, к ним присоединилось множество жителей. Там Он учил их и затем чудесным образом напитал их Хлебом Живым. Это была Пасхальная пища, даваемая через апостолов. Двенадцать корзин с остатками были бережно собраны ими. Затем пришла ночь, в которую Иисус молился на возвышенном месте. В это время Его ученики безрезультатно боролись с волнами штормового моря. Перед самым рассветом Иисус пришел к ним по воде и как только Он присоединился к ним, шторм утих, “и тотчас (!) лодка пристала к берегу, куда плыли”. Народ, признав Его, приносил к нему больных из “селений, городов и деревень”, и Он их лечил.

Насыщение пяти тысяч и все события, связанные с этим, несомненно, были “знамением”. Никакая до сих пор написанная книга не содержит особенностей такого рода.

Другие “знамения” в Евангелии от Иоанна могут быть рассмотрены в этом же ключе, хотя и с встречающимися трудностями. Вас ожидает чудное время, проведенное над изучением исцеления слепого, превращения воды в вино, излечения калеки в Вифезде, а также чудесного лова рыбы. Но ни в коем случае не останавливайтесь на этом, ибо в остальных Евангелиях тоже есть чудеса, которые требуют вашего внимательного к ним отношения, такого же внимательного, как и к притчам. Вам открывается огромное поле деятельности, поскольку еще так мало сделано в этой области.





Назад Вернуться к содержанию   Следующая глава… Следующая глава