Христадельфиане - официальный сайт
Главная    Христадельфиане    Христианская литература    Библейские курсы    Новости экклесий    Фотогалерея
Журнал «Добрые Вести»    Журнал «Небесное сокровище»    Интересные статьи    Спутник Библии    Гимны    Форум
«НАДЕЖДА ИЗРАИЛЕВА»
ПУТЬ ДРЕВА ЖИЗНИ

“Потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их” (Матфей 7:14).

Религия не современна созданию человека, не существовала она и в период его ученичества. Хотя она и была учреждена в раю, там она не предназначалась для соблюдения, ибо пока человек продолжал оставаться безгрешным обитателем Сада, он не нуждался в целительных утешениях, которые предоставляет религия. До тех пор, пока человек не вкусил запретного плода, не существовало ни разрыва дружеских отношений, ни непонимания, ни отчуждения между ним и Господом Богом, а потому не требовалось никаких средств для примирения отчужденных сторон. Однако когда хорошее понимание было нарушено из-за непослушания едемскому закону, преступникам был вынесен обвинительный приговор о возвращении их в прах, и введены способы примирения их с Господом еще раз, чтобы Он мог взять их из земли, более не обнаженных и не стыдящихся своего состояния, но облаченных в славу и честь, нетленность и жизнь, как в корону праведности, которая никогда уже не исчезнет. Эти назначенные способы составили путь жизни, который Моисей называет “Божьим путем” (Бытие 6:12). Давид именовал его “путем жизни” (Псалом 15:11), на который ссылается апостол, цитируя Давида (οδοι ζοης) (Деяния Апостолов 2:28), как на путь, ведущий к жизни, которым человек должен идти сейчас, и как на путь в Царство из дома смерти.

В начале Божий путь именовался “Путем Древа Жизни”, который в упоминаемом нами отрывке должен быть понят сначала буквально, а потом – аллегорически. В буквальном смысле это тропа, ведущая к Древу посреди сада, аллегорически же он означает то, во что следует верить и что соблюдать тем людям, которые хотят жить вечно. Верить и делать это – значит ходить “Путем, который ведет в жизнь”, потому что частью вознаграждения в ответ на такое поведение будет бессмертие. Вплоть до распятия на этом Пути были расставлены опознавательные знаки, во-первых, патриархальным устройством вещей, а во-вторых, – законом Моисея, и все они указывали в сторону Силома (Шило) (место, где находился ковчег завета после завоевания израильтянами Ханаана – прим. переводчика). Когда же явился Иисус, он заявил: “Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня” (Иоанн 14:6). Кто бы ни добивался жизни, должен верить в истину об Иисусе и о царстве, которое является самым святым местом. Потому написано: “Имея дерзновение входить в святилище посредством Крови Иисуса Христа, путем новым и живым, который Он вновь открыл нам чрез завесу, то есть, плоть свою” (Евреям 10:19,20). Старый путь был, однако, прообразом нового, но оба они являются исключительно сущностью откровения. Здесь нет места догадкам. Человек может исказить Путь Господа, но не может его улучшить, и, несомненно, когда он пытается приспособить его к обстоятельствам, он превращает его в “Путь, ведущий к гибели”, широкий и легкий для прохождения по нему из-за совершенной его гармонии с похотями и помышлениями плоти.

Атрибуты Пути Жизни составляют РЕЛИГИЮ. Это слово произошло от латинского религио, от религаре, что означает “связывать вновь”, следовательно, религия – это действие по связыванию вновь, или залечиванию, того разрыва, который существовал до этого между двумя сторонами. Это – традиционная идея, которую римляне выражали словом “религио”. Они верили (и это было основой их мифологии), что человечество и боги враждуют между собой, но как это противостояние началось, они забыли. Боги производили впечатление злых, но не безжалостных; однако, они были настолько отчуждены от людей, что между ними не могло быть прямого общения. Разговор с богами через посредников – это мысль, повсеместно распространенная в мире. Язычники традиционно считали ее источником семью Ноя, посредством которой были заложены открывшиеся принципы Божьего Пути, установленные в начале. Идея посреднической связи для умиротворения Божественного гнева была включена во все домашние и храмовые поклонения, составлявшие их религию. Они обильно проливали кровь жертв, а из предания о принесении Авраамом в жертву Исаака по божественному наказу карфагеняне, переселившиеся из Палестины, возможно, сделали вывод, что наиболее приемлемым приношением за грех была человеческая жизнь. Как бы то ни было, принцип, гласящий: “без пролития крови не бывает прощения” (Евреям 9:22), – и являющийся аксиомой истины Божьей, глубоко укоренился среди потомков сыновей Ноевых. Их идеи стали искажением Пути Бога. Они не имели веры, заблуждались, не зная “Его мыслей” (Исаия 55:9).

Слово, которое греки использовали для обозначения религии, было θρησκεια, происходившее от θρησκευω, поклоняться, почитать, и от θρευ, кричать или создавать шум, потому что участники того поклонения, которое является результатом помышлений грешной плоти, разрывали воздух своими криками, а если они являлись идолопоклонниками, то выкрикивали имена своих богов громким голосом и “кололи себя, по своему обыкновению, ножами и копьями, так что кровь лилась по ним” (3-я Царств 18:28). Поклонение Богу не признает ничего подобного. Когда люди наполняют свои собрания шумными молитвами, которые часто можно услышать в среде тех, кто исповедует религию Христа, крича, я бы сказал, подобно священникам Ваала так, словно Бог “задумался, или занят чем-либо, или в дороге, а, может быть, и спит, так он проснется” (3-я Царств 18:27). Такие люди проявляют себя как σκευη οργης, сосуды гнева, которые не постигли духа истины, а не как σκευη ελεους, сосуды милосердия, чьи помыслы – в гармонии с божественным законом (Римлянам 9:22,23).

Насколько иной была молитва Илии! От него исходило “веяние тихого ветра” горячей, но негромкой мольбы. Он знал, что Бог не глух и не слеп, но присутствует везде посредством Своего всемирного духа. Илия был немногословен (Екклесиаст 4:17-5:1). Он не собирался быть услышанным в своем обилии слов, зная, что Бог не может быть тронут “лишними” речами (Матфей 6:7), а лишь любовью, которую Он питает к Своим детям, и во славу Его имени.

В то время как люди полагают, что в отношениях между ними и божественной мудростью и силой недостаточно гармонии, и допускают, что они достойны божественного гнева, они не понимают, что, как нарушители закона, они не имеют права ставить условия примирения. Их принцип состоит в том, что Бог предоставил им самим поклоняться Ему согласно их собственному разумению. Именно поэтому мир наполнен формами поклонения, отличающимися между собой так, как рознятся помышления грешной плоти. Понятие о том, что люди могут сами изобретать религиозные службы, и что божественное недовольство можно успокоить человеческими ухищрениями, является заблуждением, характеризующим ложную религию, кем бы она ни исповедовалась. У людей нет права выдумывать религии или способы поклонения. Беспристрастный разум предписывает это, если из-за этого вопроса происходит такой разрыв, как между друзьями. Когда возникает такое непонимание, право инициативы примирения принадлежит оскорбленной стороне, только этот человек имеет привилегию диктовать условия соглашения. Поэтому и в разрыве между Богом и человеком только Богу принадлежит прерогатива предписывать условия, а всё, что люди должны свободно делать, – это согласиться или отвергнуть эти основания дружбы и мира.

Такой взгляд на обстоятельства совершенно исключает мысль об умиротворении гнева Божьего посредством человеческой изобретательности. Богу не нужно примирение со стороны человека, и, следовательно, любая система, которая предсказана представлением о том, что это необходимо, является не только небиблейской, но ложной по своей сути. Он уже примирен с миром, который Он всегда любил, хотя тот играет роль, и, таким образом, является врагом Бога. “Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Иоанн 3:16). Факт божественной религии, будучи установленным, доказан любовью, которую Он испытывает по отношению к человеческому роду. Он стремится примирить людей посредством Своей “благости”, призывающей их к покаянию (Римлянам 2:4). Его любовь проявлена во всем, что Он сделал для мира. Бог старался его просветить и возвысить до соучастия в божественной природе влиянием истины, улучшающим его. Он направлял посланников в мир, отдав им в руки их собственную жизнь, и готовых положить ее за божественную работу, состоящую в том, чтобы склонить человечество к примирению с Богом. Не удивительно, что люди досаждают небесам пустыми и шумными речами, моля и упрашивая Бога прийти и обратить кающихся, раненых в самое сердце, за которых они возносят руки к престолу славы, представляя их уже готовыми и жаждущими быть примиренными, если только Он дарует Свой дух и, таким образом, убедит их в том, что между ними – мир, и нет ничего сверхъестественного, скажу я вам, что порядок вещей перед лицом воскресения должен быть таков: “Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их” (2-е Коринфянам 5:19), – и, таким образом, “оставляя времена неведения” (Деяния Апостолов 17:30).

Это абсолютно противоположно взгляду духовенства. Оно представляет собой мир примиренным, в то время как примирения с Богом не наступило, и Его тяжело уговорить. В результате мир полон различных религий, и все они изобретены людьми и продолжают соблюдаться ими для того, чтобы успокоить Его гнев и склонить Его к миру. Ораторы из духовенства представляют Его яростным, готовым бросить человечество в пламя ада; по их мнению, лишь Христос препятствует метанию Его молний в них, схваченный Его рукой и указывающий на свои раны! Однако всё это – чистая мифология. Ни Бог не относится так к миру, ни Христос – к Нему. Господь Иисус не борется с Отцом ни по одной из подобных причин. Между ними нет антагонизма. Их мнения едины, и то, что задумал Бог, поручено исполнить Сыну. Мир не примирен с Богом и даже не склонен к примирению ни на каких других основаниях, кроме тех, которые Он определил сам. Эти принципы ниспровергают Его власть во вселенной, они истребляют Его истину, они извращают Его характер, – поэтому Он не согласится ни с каким поклонением, основанном на их принципах.

Он давно провозгласил условия мира, утверждения которого Он ожидает во всех приемлемых случаях. Эта прокламация именуется “Словом Примирения”, которым, как сказал апостол, “Бог примирил с Собою” нас (2-е Коринфянам 5:18). Ни мне, ни проповедникам любой секты, религиозному объединению или конфессии, существующей в мире, не понять этого определенно. Слово Примирения не было дано ни одному из людей или их группе, из ныне живущих. Оно было дано только апостолам и их божественно одухотворенным помощникам, и только им. Поэтому они могли бы сказать словами одного из них: “Мы от Бога: знающий Бога слушает нас; кто не от Бога, тот не слушает нас. Посему-то узнаем духа истины и духа заблуждения” (1-е Иоанна 4:6). Они были совершенно справедливы, говоря это. Ибо Иисус сказал им: “Ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас” (Матфей 10:20), а потому он сказал в другом месте: “Слушающий вас меня слушает, а слушающий меня слушает Пославшего меня” (Лука 10:16).

Слово примирения, следовательно, было дано апостолам, которых Бог определил быть Его послами в мире. Следует заметить, что их посланнический характер не основывался на присвоении прав, как это было у их ложных приемников. Бог свидетельствовал им, как до них – Своему Сыну. Их верительные грамоты содержались в чудесах, сопровождавших их слово. Они предъявляли знаки своего апостольства, и множество людей признало их так же, как Никодим – Господа, говоря: “Мы знаем, что Ты – Учитель, пришедший от Бога; ибо таких чудес, которые Ты творишь, никто не может творить, если не будет с ним Бог” (Иоанн 3:2). Они не были бы восприняты как посланники небес, если бы Бог не подтвердил это Своей властью, но, будучи аттестованными таким образом, они были подготовлены и представили себя на суд Сатаны, то есть Цезаря, чтобы пригласить мир быть в согласии с Ним.

Церковные ораторы этого времени были или величайшим образом обманутыми, или, если их глаза были открыты, большинство из них явно навязывало легковерной публике свои претензии на то, что они – посланники Христа в мире. Как, они же являлись мирскими пособниками, друзьями и помощниками установлений царства Сатаны, подчиненные которого платят им заработную плату на том условии, что они будут проповедовать то учение, которое их устраивает (Колоссянам 2:8)! Как развращен должен быть ум, чтобы представить это и говорить о них как о священниках и посланниках Иисуса Христа, и как испорчены “философией и пустым обманом” люди, которые могут молчаливо соглашаться с такими, ни на чем не основанными претензиями! Видели ли они Иисуса или какое особое послание есть у них для мира от Бога, которое люди не могли бы сами прочесть в Писаниях? Если бы они обладали каким-то новым светом от Него, Он засвидетельствовал бы это, как делал это всегда, проявлением Своей власти. Люди будут потом оправданы принятием их в качестве полномочных послов Его Божественного Величества, готовых всегда к тому, что то, что они говорят, будет в строгом соответствии с тем, что проповедовал Павел, и никак иначе (Галатам 1:8). “Бог дал нам, – говорят апостолы, – служение примирения. Итак мы – посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает через нас, от имени Христова просим – примиритесь с Богом” (2-е Коринфянам 5:18-20). Это люди, которых Он определил, которые не стремились угодить публике, но хотели просветить ее, “ибо, – говорит один из них, – если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым” (Галатам 1:10).

Церковь была связана с апостолами в служении примирения. Под “церковью” я подразумеваю не то многообразное явление, называемое миром “церковью” в наши времена, а то единое тело учеников, собранных вместе персональной работой апостолов и евангелистов, и все последующие поколения, которые будут верить и применять в жизни ту же истину. Этому “единому телу”, движимому энергией “единого духа” (Ефесянам 4:4), “соединенному в одном сердце и одних мыслях” (1-е Коринфянам 1:10; Деяния Апостолов 4:32) и названному “НЕВЕСТОЙ”, поручено сделать известною “многоразличную мудрость Божию” (Ефесянам 3:10), содержащуюся в слове, и пригласить мир примириться с Богом (Откровение 22:17). Ни один член этого тела не освобожден от обязанности сотрудничества в этой работе. Это долг и привилегия каждого в его собственной сфере деятельности попытаться повернуть людей к праведности, ибо не существует никакого различия между “духовенством” и “мирянами” в семье Божьей.

В апостольские дни всё очень сильно отличалось от того, что мы имеем сейчас. Существовало много собраний, или церквей, но все они были единым стадом, или “конфессией”, а люди, наделенные духовными дарами, руководили ими. Однако даже это не выделяло среди братьев “духовенство”, или священников, а лишь “служителей”, или слуг. Хорошо известным самонадеянностью, гордостью, высокомерием плоти, Дух особо завещал им пасти стадо, а не обдирать его, надзирать за ним с охотою и готовностью, но не из соображений корысти, и быть примером для стада, а не господствовать над “наследием Божиим” (1-е Петра 5:2,3).

Слово “духовенство”, как титул ранга, принято для себя людьми, не имеющими на него никакого права. Это слово происходит от греческого κληρος, часть или доля, и применялось апостолом в тексте, упоминавшем одно единственное собрание учеников, так что, когда он говорит обо всех собраниях стада, он называет их “наследием”, τωυ κληρων. Однако по прошествии лет служители наследия, или духовенство, пренебрегли заветом и сделались господами наследия, которое они “стригли” и притесняли, чтобы получить прибыль. Они, даже сделавшись Божьим духовенством, верят, что являются не более чем простыми людьми, в то время как сами, узурпаторы прав верующих, стали особой Божьей партией, подобно колену Левитову среди израильтян, различие же было впоследствии воплощено в делении всего множества (οι λαοι) людей на “духовенство” и “мирян”! Однако это разделение имеет отношение к отступникам, а не к Богом притесненным и рассеянным овцам. Когда “духовенство” вошло в их среду, они были, как “лютые волки, не щадящие стада, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою” во имя их собственной мирской прибыли (Деяния Апостолов 20:29,30). Они ничего не делали со словом примирения за исключением того, что искажали его и приносили ему дурную славу.

Принципы отступничества и всех ложных религий есть следствие помышлений плоти, оставленной “без присмотра”. Это иллюстрируется историей Адама и Евы. Они хотели покрыть свой грех собственными силами. Они “сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания”. Действительно, их стыд был прикрыт, но совесть не исцелилась. Однако это было лучшее из того, что они могли сделать в своем невежестве. Они вели себя, как всё еще не знакомые с великим принципом, заключающемся в том, что без пролития крови не может быть искупления греха (Евреям 9:22). Они не осознавали этой необходимости, ибо им это не было открыто, как и не понимали, что, как нарушителям закона, им не может быть позволено изобретать покров для своего греха. У них было всё, чтобы узнать, на чем основывается примирение с Богом. Они не обладали понятием религии, ибо до сих пор ни в чем не нуждались. Это всё должно было еще открыться им как божественно определенный способ залечивания разрыва, созданного грехом между Богом и людьми.

Поскольку человек, ставший подвластным злу, был отдан в рабство тлена, Господь Бог отверг изобретенные ими опоясания из пальмовых листьев и прикрыл их “одеждами кожаными”. В этом свидетельстве в нескольких словах выражено многое. Предписать им одежды из кожи означало дать завет приносить в жертву животных, чья кожа и была предназначена для этих целей. Это также означает, что Адам был священником при определенных обстоятельствах, когда представал перед Богом с посреднической кровью. Когда жертва принималась, грех временно отпускался, ибо о жертве сказано, что невозможно, чтобы кровь животных уничтожала грехи (Евреям 10:4). Это невозможно потому, что грех должен быть осужден в грешной плоти. Это требовало смерти человека, ибо животные не грешили; поэтому, если даже весь животный мир стал бы приношением за грех, последний всё равно остался бы не осужденным в его природе. Кроме необходимости человеческой жертвы Бог полагал равно необходимым, чтобы этот человек сам был безгрешен (Римлянам 8:3) и, пострадав, будучи принесенным в жертву, мог воскреснуть из мертвых, чтобы стать “живой жертвой”.

Если бы было достаточно жертвы грешника, Адам и Ева могли бы, умерев однажды, восстать к жизни вновь. Однако это не соответствовало божественной мудрости. Великий принцип, который должен был осуществиться, состоял в осуждении греха в грешной плоти, невинной в действительном грехе. Этот принцип подразумевал явление того, кто был бы рожден женщиной, но не по воле мужчины. Такой человек был бы Семенем Женщины, созданным из ее материи, и имел бы такого Отца, осеняющий Дух Которого должен был стать причиной зачатия. Он стал бы Сыном Бога по происхождению и Сыном Марии по рождению от грешной плоти. Поэтому трудно предположить, что Адам и Ева не понимали этого; Бог, несомненно, объяснил им это, ибо никто, кроме Него, не мог их научить, а без Его инструкций они бы не знали, во что им следует верить. Это от них Авель получил знание, ставшее основой его веры, о которой Бог свидетельствовал, приняв первородных от стада его и от тука их.

У Адама и его жены была вера, иначе Бог не принял бы тех жертв, кожей которых они прикрылись, и это столь же верно, как то, что “без веры угодить Богу невозможно” (Евреям 11:6). Вера, потому, в Семени Женщины, в первую очередь как жертва за грех, ранена до смерти его врагами, а после этого разрушитель власти греха, в связи с жертвоприношениями животных, как олицетворением его укуса в пяту, стал основой их согласия с Господом Богом. Это и был Путь Жизни. Если бы они шли с Богом по этому пути, они были бы так же угодны Ему, как позже – Енох, который был “переселен” Им приблизительно через 57 лет после смерти Адама. Именно этот путь был извращен допотопными людьми, и хотя жертвоприношения были прерваны, вера и надежда, ставшие известными и рекомендованными Авелю, Еноху, Ною, Аврааму, Моисею и множеству других свидетелей, охватили, по сути, те же самые понятия, но менее детально, чем та вера, которая была проповедана апостолами как благая весть о царстве и имени Христа для оправдания всех тех, кто верил. То, во что верил Авель, в сравнении с верой, проповеданной в день Пятидесятницы, можно сравнить с желудем по отношению к дубу. Евангелие Царства во имя Иисуса явилось откровением, во всей своей полноте, о тех вещах, которые были сообщены в начале, а после этого более значительно распространились в обетованиях, данным праотцам израильского народа. Когда все святые будут собраны в Царстве, эта ситуация не будет для них неожиданной. Все они окажутся там благодаря вере в одни и те же вещи, хотя некоторые из них, жившие во времена более поздней истории мира, будут обладать преимуществом более полного свидетельства. Их грехи будут покрыты по тому же принципу: одеждами праведности, унаследованными от жертвы, верой в кровь, которой они очищены.

Без веры нет истинной религии; нет и настоящей веры без уверенности в истине. Поэтому, хотя библейская вера является редчайшим явлением среди людей, она чрезвычайно проста, и достичь ее совсем не трудно, когда путь ее достижения верен. Павел дает самое лучшее из сохранившихся определение веры. Он говорит: “Вера есть осуществление ожидаемого (υποστασις) и уверенность (ελεγχος) в невидимом” (Евреям 11:1). Именно без такой веры, говорит он позже, нет никакой возможности угодить Богу. Это та вера, которая владеет как прошлым, так и будущим. Человек, обладающий ею, знает, что апостолы свидетельствовали об Иисусе, и полностью убежден в истинности этого. Он знает также о величайших и драгоценнейших обетованиях, которые Бог дал о грядущих событиях, и с уверенностью предчувствует их осуществление в буквальном смысле слова. Овладев этими вещами с твердой верой, он приобретает образ мыслей и склонности, достойные уважения в глазах Бога, и, будучи в этом смысле подобным Аврааму, он становится готовым, принятием на службу Христу, стать сыном истинного отца и другом Божьим (Иаков 2:23).

Такая вера приходит с изучением Писания, как об этом написано: “Вера от слышания, а слышание от слова Божия” (Римлянам 10:17). Это слово содержит “свидетельство Божие”. Когда это свидетельство понято и воспринято “добрым и чистым сердцем” (Лука 8:15), там укореняется вера. Нет большего чуда, чем то, как один человек приводит к вере другого, виновного в преступлении, когда он делается знакомым со всем свидетельством в этом отношении. Способность верить заключается в нормальном понимании, искренней склонности и знании свидетельства Божьего. Там, где существует невежество по отношению к этим вещам, не может быть веры. Человек, невежественный в Слове Божьем, не может иметь веру так же, как один человек – верить, что другой якобы виновен в преступлении, когда последний абсолютно ничего не знает об этом предмете.

Однако кто-то может сказать, что существует множество людей, верующих во Христа, но абсолютно невежественных в Библии. Да, они верят во Христа так, как турки верят в Магомета. Однако это не та вера, о которой говорил Павел. Просто верить в то, что Иисус является Сыном Божьим, – это не верование в Него. Верить в Него означает верить в то, что Бог завещает относительно него. Вера “религиозного мира” подобна стулу с одной ножкой. Она во всеуслышание заявляет о вере в Иисуса, но ничего не знает, а потому не верует, о послании, которое было дано ему для передачи Израилю. Его послание имело отношение к “ожидаемому” (Евреям 11:1), то есть тому, что связано с Царством, которое Небесный Бог воздвигнет на руинах ныне существующих царств (Даниил 2:44). Люди призваны уверовать в Ангела, или Посланца, Завета и в то послание, которое открывает содержание этого завета (Малахия 3:1). Верить в первое, одновременно отвергая последнее, – бессмыслица. “Религиозный мир” оказался именно в такой ситуации, и, если он не уверует в истину во всей ее полноте (на что мало надежды), он погибнет, как это случилось с Израилем в прежние времена.

“Любовь есть исполнение закона” (Римлянам 13:10). “Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня”. “Кто любит Меня, тот соблюдает слово Мое” (Иоанн 14:21,23,24). Чего стоит любовь “исповедующих религию” к Богу и Его Сыну перед лицом этих высказываний Иисуса? Так же, как и их вера, ценность их любви ничтожна. Бог хочет видеть их сердца, они же даруют Ему только свои уста. Они заявляют, что любят Его, но проявляют свою привязанность к миру. Могут ли они продемонстрировать смиреннейшему “мирянину” со своего проповеднического трона, или кафедры, послушание вере? Они приносят бесконечные словесные жертвы, во всяком случае, это делают те, кто расплачивается за их слова, эти “миряне”, одержимые легионом немых бесов, и остаются лишь безучастными слушателями этого “ораторского искусства”, представленного в соответствии с их вкусами, – но где же послушание Евангелию Царства во имя Иисуса? Христос еще явится, чтобы совершить отмщение всем, не покоряющимся благовествованию (2-е Фессалоникийцам 1:8)

В этом месте было бы правильно привлечь внимание читателя к словам Самуила. “Неужели все всесожжения и жертвы, – говорит он, – столько же приятны Господу, как послушание гласу Господа? Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов. Ибо непокорность есть такой же грех, что и волшебство, и противление то же, что идолопоклонство” (1-я Царств 15:22,23). В этих словах содержится великий принцип. Только он один может сделать человека согласным с религией Бога. Без него человек, действительно, может знать истину, но, если он хочет унаследовать Царство, которое готовится от основания мира, он должен верить и делать.

Религия бывает двух сортов, а именно: та, которая создана помышлениями грешной плоти, и та, которая открыта Богом. Первая – это суеверие, которое побуждает людей совершать множество поступков, – больше, чем Бог требует от них, но меньше, чем Им определено. В том, что зовется “христианством”, наиболее ошибочны (ибо вместо того, чтобы находиться под властью Христа, о чем говорит Слово, оно является ареной его страданий в личностях его учеников и в подавлении его истины) эти крайние степени суеверия в его положительных и отрицательных проявлениях, которые проиллюстрированы во всем их отличии от папизма, который есть суеверие в его крайнем выражении, и вплоть до квакерства – суеверия в гомеопатических дозах.

В противоположность этому, религия Бога – это золотая середина, занимающая господствующую и достойную позицию между двумя экстремумами. Она не требует, чтобы люди унижались, смешивали себя с прахом и терзали свое тело за грехи, но подразумевает, чтобы они не занимали позицию глиняной статуи либо с опущенным, либо приподнятым лицом в тишине склепа, притворно ожидающим, что Он подтолкнет их к проповеди или молитве. В Его религии нет ни фанатизма, ни показного благочестия. Когда, проповедуя ее, люди подвигаются на действия, они поступают, движимые разумной и искренней убежденностью в истине. Это и есть то содействие, при помощи которого Он побуждает людей к религиозным проявлениям – посредством Духа, который есть истина (1-е Иоанна 5:6).

Поэтому, когда они действительно “движимы духом”, они движимы истиной и не произносят вздора. Их речи согласуются с “законом и свидетельством”, что доказывает всем, кто понимает Писание, что в них есть “внутренний свет”. Всё, что говорится не в согласии со Словом, является бессмыслицей, дух же никогда не подвигает людей на произнесение вздора, точно так же и внутренний свет истины никогда не учит людей недооценивать институты религии или жить в невежестве по отношению к ним, претендуя на некую утонченную духовность или высшую чистоту. “По плодам их узнаете их” (Матфей 7:20). Это превосходное правило, посредством которого различаются духи. Люди молятся о Святом Духе, претендуют на то, что проповедуют под его водительством, и часто, в очень дурном духе, утверждают, что получили его во время обращения в веру. Однако дух живет только с теми, кто понимает, верит и проявляет послушание Евангелию Царства и ходит по его заповедям. Ни один человек, будь то проповедник или “мирянин”, не обладает духом, не проповедует и не верит в Евангелие, которое проповедал Павел. “Религиозный мир” совершенно лишен духа, принадлежащего религии Бога, ибо он не знаком с Благой Вестью и не понимает “голосов пророков”.

Если, потому, он искренне жаждет духа Божьего, пусть он отречется от традиции “отцов” и “матерей” вероотступничества, от Оригена до Джоанны Саузкотт, Джемимы Уилкинсон и Анны Ли; пусть он избавится от рабства Рима, Оксфорда, Виттенбурга и Женевы, которые не оказали никакого влияния на слово живого Бога, и пусть он “исследует Писания” (Иоанн 5:39) согласно божественному завету “всё испытывать, хорошего держаться” (1-е Фессалоникийцам 5:21), чтобы поверить в истину и слушаться ее в любви к ней. Христос же вселится в его сердце посредством веры (Ефесянам 3:17), которая укоренится и обоснуется в любви, достигнув послушания веры – единственного критерия любви к Богу, и действующие из лучших побуждений и честные, хотя и непросвещенные члены этого сообщества не будут больше сетовать на “упадок духовности и преобладание формального и мирского начал в церкви”. Всевышний требует от людей лишь верить в то, что Он совершил, чему Он учит, и что Он обещает, то есть подчиняться закону веры, заботиться о бедных Его стада и хранить себя от осквернения миром. Это и есть чистая и незагрязненная религия (Титу 2:11-14; Иаков 1:27). Но, увы! Где ее можно найти?

Религия является божественным средством против греха; очевидно, что, когда греха мира не станет, религия будет упразднена. Пока грех существует на земле, будет существовать разрыв между Богом и людьми, ибо грех, и только он, прерывает общение человека с Богом и Его Ангелами, существовавшее до грехопадения. Когда грех будет истреблен из мира, не будет и смерти, ибо смерть и грех – добрые приятели, как об этом написано: “Возмездие за грех – смерть” (Римлянам 6:23). Уничтожение смерти предполагает исчезновение греха во плоти, в результате чего животная натура человека преобразится (не исчезнет, а изменится) в духовную природу Элохима. Человек не будет, потому, более слугой зла. Его род прошел сквозь 7 тысяч лет испытаний, и все его представители, бывшие верными слугами Божьей религии, станут нетленными и вечными обитателями земли, освобожденными от всех бедствий. Бог поселится в людях посредством Своего Духа подобно тому, как Он сейчас наполняет Господа Иисуса Христа. Все различия между церковью и миром, между святыми и грешниками, праведниками и нечестивцами исчезнут навсегда, ибо не останется в живых никого из семени Змея. Они будут совершенно уничтожены, ибо “кроткие наследуют землю, и насладятся множеством мира” (Псалом 36:11).

Религия берет свое начало в третьей главе книги Бытия, рассказ же о ее конце можно найти в двух последних главах Откровения. Ее уничтожение выражено такими словами: “Се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их; и отрет Бог всякую слезу с очей их, И СМЕРТИ НЕ БУДЕТ УЖЕ; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло. И сказал Сидящий на престоле: се, творю всё новое. И НИЧЕГО УЖЕ НЕ БУДЕТ ПРОКЛЯТОГО” (Откровение 21:3-5; 22:3). Победа будет полной. Власть греха и вся его работа будут окончательно истреблены, и вечный юбилей возвеселит сердца людей, и тогда Бог будет все во всем (1-е Коринфянам 15:28).

В связи с тем, что для читателя очень важно правильно понимать религию Бога, дабы она принесла ему пользу, для облегчения ее постижения было бы правильным представить следующее

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ПРИНЦИПОВ

  1. Религия есть система способов, посредством которых разрыв в отношениях между Богом и человеком, порожденный грехом, уничтожается, а рана, нанесенная последнему, залечивается.
  2. Первым следствием человеческого совращения стало появление совести, и лишь затем – телесные изменения. Потому и его очищение, в первую очередь, является очищением его мышления, чувств и наклонностей, и лишь после этого – усовершенствование его тела посредством одухотворения во время воскрешения.
  3. Нечистая совесть проявляется при помощи истины и доказывается стыдом, “сомнениями и страхом”.
  4. Чистую совесть отличают полная уверенность в вере, надежда, основанная на понимании благовествования о Царстве и имени Иисуса, и послушание ему. Послушанием вере подчиненный дает “обещание Богу доброй совести” (Евреям 10:22; 1-е Петра 3:21).
  5. Сожженная совесть не мучается угрызениями. Это такое состояние помышлений плоти, которое происходит от полного отсутствия божественного знания при наличии врожденного греха. Это неисправимо.
  6. Религия является системой веры и применения ее на практике.
  7. Религиозная вера включает в себя то, что Бог сделал, что Он обещал сделать и то, чему Он учил в Своем слове; всё это было дано для развития характера, подобного Божьему, называемого “Божьей Природой” в верующем.
  8. Чтобы нести какую-то ценность, религия должна всецело иметь божественное назначение.
  9. Религиозное послушание есть подчинение “закону веры”, являющемуся следствием уверенности в том, что касается Царства Божьего и имени Иисуса Христа. Это называется “послушанием веры”, ибо только верующие могут ему подчиниться.
  10. Религиозное раскаяние является мышлением, направленным против плоти, и согласующимся со свидетельством Божьим, сопровождаемым характером Авраама как следствие такой веры.
  11. Религиозная мораль проявляется в заботе о сиротах и вдовах стада Христова и в том, чтобы “хранить себя неоскверненными от мира” (Иаков 1:27). Все вместе это “плоды покаяния” (Лука 3:8).
  12. Религия обладает своими “началами”, названными “немощными и бедными” (Галатам 4:9). Это “дни, месяцы, времена и годы”; “пища и питье”; жертвоприношения, омовения, обряды божественной службы, святые места, завесы, жертвенники, кадила, херувимы, очистилища, святые дни, субботы и т. д., которые “суть тень будущего, а тело – во Христе” (Колоссянам 2:17).
  13. Начальные, содержащие доктрину религиозные принципы немногочисленны и просты, и никакие другие причины не могут быть даны для них, кроме той, что они являются волей Божьей. Они могут, таким образом, быть сформулированы так*:
    • Ни один грешник не может никаким способом ни “искупить брата своего и не даст Богу выкупа за него”, дабы тот “остался жить навсегда” и не увидел тления (Псалом 48:7-9).
    • Грех не может быть покрыт, или искуплен, без пролития крови.
    • Кровь животных не может уничтожить грех.
    • Грех должен быть осужден в грешной плоти, не виновной в грехопадении.
    • Грех должен быть покрыт одеждами, взятыми от очистительной жертвы, ожившей в результате воскресения.
  14. 14. Быть обнаженным означает находиться в непрощенном состоянии.
  15. 15. Непосредственными религиозными принципами являются “обращение от мертвых дел к вере в Бога, учение о крещениях, о возложении рук, о воскресении мертвых и суде вечном” (Евреям 6:1,2).

* – Тот факт, что изначальные, составляющие доктрину религиозные принципы были волей Божьей, является вполне достаточным, однако попадающиеся то тут, то там в Писании ссылки предлагают причину, по которой Он повелевал так поступать. Например, когда Надав и Авиуд поступили против Его воли и принесли Ему чуждый огонь, Он умертвил их, а Моисей определил причину этого: “Вот о чем говорил Господь, когда сказал: в приближающихся ко Мне освящусь и перед всем народом прославлюсь” (Левит 10:3). Моисей сам потом умер на горе Нево (как до этого Аарон – на горе Ор), так и не войдя в землю обетованную, и, как сказал Бог, это было “за того, что (они) не явили святости Его среди сынов Израилевых” (Второзаконие 32:51). Молитва Господа в открывающих ее словах помещает на первый план подобный принцип: “Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое”. “Если Я – отец, то где почтение ко Мне?” – говорит Бог отступившему от Него Израилю (Малахия 1:6). “Я Царь великий, и имя Мое страшно у народов” (стих 14). Бог посылает Иисуса в качестве Очистилища не только ради людей, но и для того, чтобы “явился Он праведным”, а “похвальба” с человеческой стороны могла быть “уничтожена” (Римлянам 3:4,25-27). Он вверяет сокровища истины “глиняным сосудам”, чтобы “преизбыточная сила была приписываема Богу”, а не людям (2-е Коринфянам 4:7). Таким образом, Он “избрал немощное мира”, “чтобы никакая плоть не хвалилась перед Богом” (1-е Коринфянам 1:27,29). Эти и подобные им высказывания передают мысль о том, что причины Божественных назначений в Его религиозных принципах состоят, во-первых, в том, чтобы Он мог быть “праведен”, “почитаем” и “свят”, а уже затем – чтобы человек, приняв эту истинно разумную, простую и послушную позицию, мог быть спасен и жил бы вечно. Никто не отстаивает это учение более энергично, чем доктор Джон Томас.





Назад Вернуться к содержанию   Следующая глава… Следующая глава