Христадельфиане - официальный сайт
Главная    Христадельфиане    Христианская литература    Библейские курсы    Новости экклесий    Фотогалерея
Журнал «Добрые Вести»    Журнал «Небесное сокровище»    Интересные статьи    Спутник Библии    Гимны    Форум
«НАДЕЖДА ИЗРАИЛЕВА»
Глава V: БЕССМЕРТИЕ, РЕЛИГИЯ, “ДУХОВЕНСТВО” И “МИРЯНЕ”

Бессмертие в современном состоянии – реальное зло. – Бессмертие в страдании – не соответствует Писанию. – Исповедуемая миром религия – религия страха. – Польза религии мира как экклесиальной полиции. – Религия Христа лишена мирского добра до его пришествия, когда она будет обладать всем. – Учение о бессмертии как откровение Божье. – Язычники, обманутые в своих попытках открыть это. – Божий престол в Израиле с херувимами, как он описан Моисеем. – Херувимы Иезекииля и Иоанна. – Херувимова завеса. – Лица Господа. – Пламенный меч. – Проиллюстрированное Иезекиилем описание славы Бога Израилева. – Блеск Духовного Тела. – Путь Древа Жизни. – Этимология слова “религия”. – Ложная религия, основанная на идее о гневе Божьем. – Бог уже примирен с миром. – “Слово Примирения”, вверенное апостолам в начале. – Апостолы – единственные послы Христовы. – “Слово”, проповеданное апостолами, доверено ученикам Христа. – “Духовенство” и “Миряне” – отступническое различие. – Религия определена. – То важное, что от нее требуется. – Нет истинной религии без веры в истину. – Слово “вера”, библейское определение. – Как вера приходит. – “Религиозный мир” – языческий в “вере”. – “Любовь”, по библейскому определению, – “послушание”. – Религиозный мир, лишенный Духа Божьего. – Религия современна только греху. – Краткое изложение принципов.

ГОСПОДЬ Бог заложил основы мира в приговорах, вынесенных Им по отношению к совершившим грехопадение, и начал подготовку царства в условиях Нового Закона, а именно: постановил изгнать их из сада на восток Едема. Как сказал Змей, в результате вкушения запретного плода люди стали “как боги”, или Элохим, “знающие добро и зло”. В период своего ученичества человек знал только добро, возгордившись же, он “подпал осуждению с дьяволом” (1-е Тимофею 3:6) и пришел также на собственном опыте к познанию горя и боли. Это стало великим бедствием, но не настолько страшным, как то, что могло случиться с ним в Раю. Он вкусил от одного дерева, но его самонадеянность могла бы привести к тому, что он взял и вкусил бы от другого. Последствия такого вкушения, вслед за первым, сделали бы его ситуацию еще более плачевной, чем она была. Он уже познал зло, как Элохим – до него, но существовала надежда избавиться от этого, возвратившись в прах, из которого он был взят; однако если бы он вкусил от Древа Жизни, эта надежда была бы отсечена, а он жил бы вечно, испытывая на себе траур, горе и боль. Мысль о несчастье стать навечно объектом зла убедительно выражена Иовом. Доведенный до тяжелейших страданий, он сокрушается, говоря: “Когда подумаю: ‘утешит меня постель моя, унесет горесть мою ложе мое’, Ты страшишь меня снами, и видениями пугаешь меня. И душа моя желает лучше прекращения дыхания, лучше смерти, нежели сбережения костей моих. Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета” (Иов 7:13-16). Однако если бы Адам вкусил от Древа Жизни, и, доведенный до подобного горя, захотел бы увидеть смерть, он не смог бы ее достигнуть. Он не нашел бы избавления. Однако и это еще не было бы самым худшим. Он вовлек бы в бесконечное страдание и всё свое потомство. В конце концов, земля наполнилась бы бессмертными поколениями “душевных и бесовских” людей (Иаков 3:15), которые, если какая-то добродетель и осталась бы в живых, заставили бы ее стократно страдать. Против такого ужасающего конца не существовало бы никакого другого средства, как только запереть источники этой бездны и сковать их цепями полной тьмы.

Поэтому, чтобы предотвратить наполнение земли бессмертными грешниками, Господь Бог сказал Элохиму: “Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно. И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама”.

Это замечательнейшее место Писаний. В нескольких словах здесь содержится очень многое. Выделенные нами моменты, светящиеся подобно двум звездам, – это признание того, что, во-первых, человек стал, как боги, вследствие нарушения заповеди, и, во-вторых, был изгнан из Рая для того, чтобы не смог жить вечно. В другом месте я изложу то, что касается его “богоподобия” во зле; кроме того, к уже сказанному о Древе жизни следует добавить кое-что об исключении человека из бессмертия. Однако я уже сейчас предвосхищу другую часть этой работы, сказав здесь, что законченность творения, предвидения и искупления состоит в человеке на земле, славном, благородном и бессмертном, состояние которого весьма хорошее. Именно потому, что Бог любил человека и был к нему милостив, Он изгнал его из сада. Будь Он побуждаем зловредностью (чувством, между прочим, совершенно не свойственным сердцу Бога), Он оставил бы человека свободно погрязать в бесконечной череде страданий из-за вкушения от Древа жизни. Однако не для такой участи Он сотворил человека, не для того, чтобы повергнуть его потомство во зло с неумолимой необходимостью, что при любом образе жизни могло бы стать бесконечным источником мук для разума или для тела, или для того и другого.

Вероучение, запечатлевшее это, бесчестит Бога и выражает глупые мысли грешной плоти, не просвещенной Его законом и свидетельством. Это фантазии языческого разума, принятые Отступничеством и проникшие в символы его легковерия. Поскольку человеку плотскому неизвестно, как проявить божественный характер иначе, чем в склонностях, слабо озаренном интеллекте и развращенных чувствах, всё это создает представление о Боге для сыновей человеческих в большей степени как о Сатурне или о Молохе у язычников, которые пожирали своих собственных отпрысков с пронзительными криками и стонами, в отличие от представления о Нем как о Том, Кто так любит мир, что увещевал его примириться с Ним (2-е Коринфянам 5:19-20) и принять, без денег или цены, безмерно великие и драгоценные вещи, которые есть у Него в изобилии. Таким образом, “религиозный мир” управляется насилием. Та небольшая вера, которую он исповедует, действует не любовью (Галатам 5:6) для очищения его сердец (Деяния Апостолов 15:9), а бесконечными опасениями сгореть в расплавленной лаве в течение бесконечных времен. Она действует посредством “страха, который есть мучение” и который портит душу, так что не будь это из-за ее страхов, было бы честно сознаться в том, что ее не интересовал ни Бог, ни Его религия. “Боящийся не совершенен в любви” (1-е Иоанна 4:17,18). Она не любит Его, ибо ее совесть осквернена. “Любовь есть исполнение закона”. Ее сомнения и страхи неприкрыто демонстрируют ее грешное сознание и то, что она или не знает, что такое истина, или, зная ее, пренебрегает или отрицает послушание ей. Существует грубое противоречие в признании, что мы любим Бога и, все-таки, одновременно боимся Его! Боялся ли Адам Бога, пока оставался послушным Ему? Однако как только он согрешил, страх овладел им, и он убежал при звуках Его голоса и спрятался. Страх Божий праведного человека является его страхом согрешить против того, кого он любит. Бог страшен только Его врагам. Его сыновья и дочери полагаются на Него с привязанностью детей, а Он защищает их со всей любовью и заботой Своего святого и благого имени.

Пренебрегая “великими и драгоценными обетованиями”, относящимися к Царству Божьему, вожди народа не знают, по какому иному пути им двигаться, чтобы, говоря их же словами, “стать религиозными”. Следовательно, они позволяют себе проповедовать “ужасы закона”. Однако “религия”, достигнутая таким способом, ничего не стоит. Нет, я беру свои слова обратно. Она чего-то стоит. Религия страха, пока в нее верят, полезна как система экклесиальной полиции, которая, совместно с гражданскими и военными силами, материально содействует тому, чтобы держать мир в трепете. Однако по отношению к грядущему исповедующие такую религию столь же беззаконны, как и допотопные исполины, и, таким образом, земля, будучи разрушенной из-за антагонизма между экклесиями в обществе, наполнилась бы насилием, как это было до потопа. Суеверие полезно в сохраняющемся мире до тех пор, пока не наступит период, когда оно будет заменено “мудростью и ведением”, которые придадут устойчивость временам, имеющим отношение к Царству Божьему (Исаия 33:6). Однако как способ наследования этого царства и приобретения людьми права на корону праведности, религия, действующая посредством устрашения, совершенно ничего не стоит. Устраните страх, и от религии ничего не останется, за исключением, само собой разумеется, обладания тем, что необходимо для сохранения ее “церковных владений”, “законных интересов” и мирских выгод.

Однако “чистая и непорочная” религия Бога (Иаков 1:27) не имеет никаких нынешних церковных владений или мирских интересов. У нее нет ни “земель, жилищ и наследия”, ни своего “штата”, церковных коллегий или “священных сооружений”. Она, как Сын Божий в дни, когда он был во плоти: бесприютный, бездомный и бедный среди сынов человеческих. Она хранит великие богатства и хорошие вещи для бедных мира сего, которые богаты верою (Иаков 2:5), она обещает им обладание миром (1-е Коринфянам 3:22) со всей его честью, славой и богатством и бесконечной жизнью для наслаждения всем этим, но для этого, в качестве условия такого наследования, требуется вера в Бога и сыновнее послушание Его закону во времена тяжелых испытаний (Деяния Апостолов 14:22; 2-е Тимофею 3:12).

Совершенно абсурдно воображать, что люди, упивающиеся всей роскошью, удобствами и утехами жизни, наслаждающиеся честью, славой и дружбой с миром, как поступают проповедники антихристианства разных званий, порядков и степеней, я вам скажу, что такие люди могут наследовать Царство Божие вместе с Иисусом, и что “облако свидетелей”, о которых Павел говорил как о “тех, которых весь мир не был достоин” (Евреям 11:38-12:1), не имело смысла. Если люди хотят царствовать вместе с Христом, они должны верить его учению и вместе с ним терпеть (2-е Тимофею 2:12), испытывая гонения из-за Его Слова (Марк 10:29-30; Лука 18:29). Они должны отделить себя от “церквей”, как государственных, так и нетрадиционных, которые “носят имя, будто живы, но мертвы” по своим преступлениям и грехам (Откровение 3:1; Ефесянам 2:1). Эта система полностью прогнила и находится в ожидании явления Господа, чтобы подвергнуться уничтожению. Потому пусть все честные люди, миряне и духовенство, которые уверуют в истину, выйдут из среды их и отделятся (2-е Коринфянам 6:17). Лучше стоять в одиночестве во имя Царства Божьего, чем быть причисленным к множеству, которому будет отказано в день Христов в разрешении “вкусить от дерева жизни и жить вечно”.

Когда человек был изгнан из Рая, Господь Бог, опасаясь каких-нибудь новых вероятных действий с его стороны, поставил охрану для древа жизни. Это дерево, и об этом нужно помнить, было посажено посреди сада. Сейчас, когда Адам был выселен, Господь “поставил на востоке у сада Едемского ХЕРУВИМА и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни”. Это, видимо, означает, что Адам был изгнан в восточном направлении, ведь, двигайся он на запад, древо жизни оказалось бы между ним и Херувимом, то есть, всё еще оставалось бы доступным и искушало человека добраться до него, что, несомненно, привело бы к его гибели. Херувим с мечом должны были охранять Путь к Древу так, чтобы к нему нельзя было бы подступиться. Если бы люди захотели сделать круг, чтобы обойти Херувима, то пламенный меч, или огонь пожирающий, осветил бы всё вокруг, ведь он был “обращающимся, чтобы охранять путь” от их самонадеянного вторжения.

Вследствие этих мер они больше никогда не видели этого дерева или видели его только издали. Последнее более вероятно. Его вид время от времени напоминал бы им то, что они потеряли, а то, что они узнали об эффекте, произведенном по отношению к вкусившему его плод, навело бы их на мысль о возможности смертного человека стать бессмертным. Это было желанным для них. Однако если они не могли подойти к дереву, как же они могли бы добиться этой цели? Их было только двое, и ни один из них не мог ответить на этот вопрос. Не существовало Писаний, которые открыли бы им то же, что нам: “Вот путь, идите по нему” (Исаия 30:21). Они не имели представления о “пути, ведущем в жизнь” (Матфей 7:14), и, если бы они не были “научены Господом” (Исаия 54:13), они остались бы несведущими в этом навсегда. Помышления плоти никогда бы не смогли открыть им этого, ибо приобретение бессмертия подразумевает веру и осуществление на практике таких вещей, постичь которые совершенно невозможно человеческому сердцу.

Усилия языческих философов разрешить эту проблему иллюстрируют это. Будучи незнакомыми с Божьим знанием, они скатились к самым абсурдным домыслам. Они думали, что бессмертие было разновидностью духа внутри человека, который уходил на Елисейские поля, когда смерть разрушала его союз с телом. Они считали это врожденное свойство частицей божественной субстанции, из которой произошли все проявления добродетели, в то время как порок был естественным результатом действий телесного вещества, которое по сути своей было зловредно. Апостол отчасти ссылается на них, говоря: “Называя себя мудрыми, обезумели” (Римлянам 1:22). Поэтому он именует “мудрость мудрых” “безумием”, и когда коринфяне получили благовествование о царстве, которое учит совершенно другому, он спрашивает у них: “Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?” (1-е Коринфянам 1:20). Не показал ли Он абсурдность их домыслов о “душе”, “бессмертии” и “природы богов”?

У них не было никаких представлений о бессмертии, пока они обсуждали это только с людьми, которые, может быть, “сподобятся достигнуть” того царства (Лука 20:35). Это то учение, о котором плоть со всеми своими помышлениями и со всей своей логикой не имела представления. Она никогда не думала о царстве Божием и об имени какой-то особой личности как о том канале, по которому должно было прийти бессмертие. Всё это было потеряно в фантазиях о Елисейских полях блаженства и Тартаре, или преисподней, и о реке Стиксе, текшей между ними, и о Хароне с его паромом, и о духах, и о трехголовом Цербере, и о Фурии со змеями вместо волос, и о Плутоне, “царе преисподней”. Однако о “славе, чести и бессмертии, жизни вечной” (Римлянам 2:7), о “нетленном и неувядаемом наследстве” (1-е Петра 1:4), о вознаграждении тех, кто был праведен посредством веры, – о таком “призе”, как этот, который мог бы быть достигнут исполнением воли Божьей, они совершенно ничего не знали так же, как нерожденные младенцы. Об этом хорошо сказал апостол языком пророка: “Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его. А нам (то есть тем, кто получил евангелие царства) Бог открыл это Духом Своим” (1-е Коринфянам 2:9-16).

Поэтому бессмертие и путь к нему являются тем, о чем человек должен был оставаться в неведении до тех пор, пока его открытия зависели от помышлений плоти. Другими словами, эти вещи принадлежат чисто божественному свидетельству, и, так как вера есть доверие свидетельству, люди не могут иметь веры ни во что, что лежит за пределами написанного слова Божьего. Плотский разум, отражаясь в своем собственном сознании, может полагать, что то, что называется “я сам”, есть нечто нематериальное, так как “оно думает”, а “потому – бессмертное”, но дальше этого не идет. Мнение предполагает сомнение, ибо, если что-то утверждается без сомнения, то это уже не мнение, а вера или знание. Где, потому, есть такой человек, будь он философом или теологом, который может продемонстрировать существование “бессмертной души” в человеке животном посредством того, что “так написано” или “так говорит Господь”? Есть только несколько фраз в Писании, которые могут быть искажены или извращены до предположения, которое, однако, становится более легковесным, чем суета, перед прямыми свидетельствами Слова. С этими словами, в качестве вступления, я перехожу к нескольким замечаниям по поводу ХЕРУВИМОВ.





Назад Вернуться к содержанию   Следующая глава… Следующая глава